Желание накормить вкусно — такое теплое, домашнее

Страшно вообразить, во сколько она встает, чтобы из поселения Внуковское добраться на работу к пяти утра. Чтобы к семи была готова каша «Дружба» — не двухминутная ерунда, а настоящая, полезная. Чтобы отварная говядина начала «пахнуть холодцом» — ведь только тогда гуляш получится пальчики оближешь. Чтобы тесто на пышки подошло, ноздреватое, желтое. Чтобы мой сын уже с порога детского садика по запаху безошибочно определил: запеканку дают! И переодевался быстрее.

Надежде Ильиничне в этом году семьдесят лет — и 20 из них она кормит садовскую малышню. И это не просто работа. Это любовь.

«Бабушка дала мне сегодня зеленый леденец! — важно сообщает мне как-то вечером сын на сборах домой из сада. — Ну, не моя бабушка, а… общая!»

«Это повар наша, — подсказывает воспитатель. — Мы ее все бабушкой называем, она сама просила».

«Ты съел котлетку?» — слышно в коридоре. Выглядываю тихонько: крошечная Надежда Ильинична с забавно серьезным лицом допрашивает пухлощекого паренька.

«Это Леха, — суфлирует из-за моей спины сын. — Он плохо ест мясо вообще, но я видел, котлету он съел. Вкусная».  Леха утвердительно кивает головой — Надежда Ильинична все так же серьезно запускает руку в карман и достает леденец. Зеленый.

Участники сценки расходятся довольные друг другом. Такое естественное желание — чтобы маленький человек был сыт и весел. Теплое, домашнее. Максимально «бабушковое». Ведь правда — найди работу по душе, и тебе не придется работать ни единого дня.